«Я до «Карамазовых» и после «Карамазовых» – это разные люди!»

***

— Михаил Юрьевич, как режиссёр вы ищете ответы на какие-то очень серьёзные, «вечные вопросы». И литературной основой ваших спектаклей, во всяком случае тех, что видела я, неизменно являются произведения классики. Современная пьеса вас совсем не привлекает?

—Как ни странно, когда я только начинал пробовать себя в режиссуре, участвовать в творческих лабораториях, мне хотелось поставить именно современную пьесу. И я много читал. Но всё как-то не «попадало» в меня… Взять, к примеру, пьесу «Язычники» Анны Яблонской. Там поиск бога, это тема, которая очень меня волнует. Но глубина этих раскопок, образно говоря, как-то не убеждает… В ней ощущается какой-то популизм.

К тому же современные пьесы часто опаздывают, не поспевают за временем. Казалось бы, ради того, чтобы идти в ногу со временем, авторы часто используют молодёжный сленг. Но этот язык моментально устаревает. Год-полтора для быстро меняющегося сегодня мира — это огромный промежуток времени. Только выучишь новое молодёжное словечко, меня дочери на этот счёт просвещают, а так уже не говорят! Это что-то уже безнадёжно устаревшее, архаичное…

Или, скажем, тема специальной военной операции. Когда в 2024 году я принимал участие в «Академии» Сергея Безрукова,журналист всех нас спрашивал, почему мы не ставим спектакли про СВО. И большинство объясняло это тем, что события слишком свежие, процесс ещё идёт…  Должно пройти какое-то время. Не случайно ведь и Михаил Дергилёв из Омского государственного музыкального театра в представленных на нашем юбилейном фестивале «Записках о СВОих» рассказывает в основном о событиях и героях 2014 года…                                                                                                                                                                                                                                                                                                   

—Тонкий спектакль! С какой-то особой драматической и в то же время духоподъёмной, если можно так выразиться, интонацией. Всё это понятно. Но говоря о современной драматургии,имею в виду пьесы современных авторов не только о сегодняшнем дне с его сленгом. Сегодняшний взгляд на прошлое. «Театр времён Нерона и Сенеки» Эдварда Радзинского, к примеру. Или недавняя пьеса Елены Исаевой «Лицей» о выпускниках Царскосельского лицея 1837 года, ребятах, переживших смерть Пушкина. Потрясающая пьеса, основанная на архивных данных… 

—Действительно, меня волнуют темы, которые вечны: любовь, смерть, взаимоотношения с родными, взаимоотношения с богом… Всё это есть в классике, взять хотя бы «Братьев Карамазовых».  Ведь самый главный судья – это время! Сколько произведений писателей — современников Достоевского стоят рядом на полке. А проверку временем прошли немногие.

Кама Миронович Гинкас, у которого я учился в Высшей школе сценических искусств К.А. Райкина, говорил, что все сегодняшние драматурги, по сути, ученики того же Чехова и Достоевского. Так зачем ставить учеников, если можно поставить мастера?! Но это я шучу, конечно…

Мне очень понравился спектакль Волгодонского молодёжного драматического театра «Герб города Эн» по пьесе Светланы Баженовой,который был представлен на нашем фестивале. Современная история, достаточно жёсткая, грубая, а режиссёр Даниил Безносов сумел в ней найти объём. Эта потрясающая сцена с Ангелом! Как средневековая гравюра какая-то да ещё под классическую музыку… 

Так что либо ставить про современность и придавать ей объём до уровня вечности, либо искать современность в классике. Вечные мысли, заложенные там, будь то Чехов, Достоевский или Гёте. 

Но современная пьеса очень меня привлекает. Просто не попадается такая, которая заставила бы всё другое отложить! Недавно меня пригласили на постановку в Таганрогский камерный театр, и, признаться, я думаю именно о современной пьесе. Здесь важно прислушаться к себе, к тому, как я сцепляюсь с материалом, насколько точно могу выразить его через тех артистов, которые со мной.                                                                                                   

       «Братья Карамазовы». А. Кононов (Чёрт)

— В Таганрогском камерном сильная труппа, не сомневаюсь, что будет интересно. Знаю, что вы ставили «Утиную охоту» Александра Вампилова. Расскажите об этом.

— Эта пьеса давно меня манила, прямо притягивала. Помню, прочитал и почувствовал: то. Безусловно, «Утиная охота» —это вершина творчества Вампилова как драматурга. Она опередила своё время. Современники её не приняли, что, как мне кажется, надломило автора и во многом привело его к трагическому финалу.                                                                                                                                                                                                                    

— В 90-е годы один актёр из Ярославля рассказывал, что в его личной истории, истории его коллег, тех, кто Зилова играл, с «Утиной охотой» всегда были связаны какие-то жизненные перипетии. Прямо мистика какая-то! Он с большой убеждённостью об этом говорил. Кто-то умер, кто-то спился, всё потерял…

— В любой истории нужно искать свет! Я очень дорожу своей «Утиной охотой» не только потому, что это первый мой спектакль, до него я поставил только две сказки: «Приключения Буратино» и «Девочка со спичками». И музыку к «Утиной охоте» я сам написал. На федеральном фестивале «Театральный Олимп» в Сочи в 2018 году «Утиная охота» новошахтинского театра была признана лучшим спектаклем. И актёр, исполнивший роль Зилова, получил диплом «За лучшую мужскую роль». А он вообще без актёрского образования, бизнесмен. Все очень удивлялись. Но вот так всё совпало: его личная судьба, пьеса Вампилова и наш спектакль. Мне очень жаль, что мы сейчас не играем «Утиную охоту», так как из театра ушли несколько артистов.

Это я к тому, что мне хочется поставить такую современную пьесу, которая «попадёт» в меня, и не будет натяжки на то, что вот именно сейчас, как говорится, прикольно…                                                                                                           

— То есть,формируя репертуар, вы вывели для себя правило: современную драматургию надо ставить как классику, а классику как новую драму. Искать в классике актуальность, а в сегодняшней драматургии – некую универсальность?

—Да, наверное, именно так.Ну а вообще, конечно, я счастливый человек, поскольку у меня есть возможность в провинциальном театре ставить спектакли по таким произведениям, как «Братья Карамазовы» Достоевского. Работая над подобным материалом, растёшь даже не только как постановщик, а просто как человек, как личность. Я до «Карамазовых» и после «Карамазовых» – это разные люди! Точно так же я чувствовал себя и после «Идиота», первый раз прикоснувшись к Достоевскому, и после «Трёх сестер» Чехова, «Зойкиной квартиры» Булгакова и «Фауста» Гёте.                                                                                                                     

— А актёры? Как они относятся к такому сложному литературному материалу? Как мне показалось, они участвуют в этом с большим удовольствием. Не всё получается, но само отношение…

—Я так скажу: Достоевский увлёк ребят. Не случайно ведь по итогам Х Международного театрального фестиваля «Любовь, что движет солнце и светила» многие актёры получили спецпризы жюри фестиваля и другие награды. К тому же иметь в актёрском портфолио такие названия, как «Гроза», «Идиот», «Три сестры» или «Братья Карамазовы», — это ведь ещё и престижно!                                                                                                                             

— Марина Кожушко и Александр Кононов и на областном фестивале «Мельпомена» были награждены, сколько мне известно! И вам как автору спектакля был присуждён приз «За лучшую режиссёрскую работу».Меня поражает, что когда вы берёте произведение, вас не останавливает, что в труппе оно ведь может не разойтись…

—Задумывая «Карамазовых», я впервые в жизни шёл от артистов. То есть, выбирая материал, я имел в виду совершенно определённых артистов. В труппе были Николай Шарифулин, которого я видел в роли Смердякова, и Александр Кононов. Александр играет Чёрта — воплощение больной совести, кошмарного двойного сознания Ивана Карамазова. 

Но ведь у бога есть чувство юмора! Только что-то запланируешь…Наступает время постановки, а у нас в основном это грантовые истории, так что какое-то время обязательно проходит, смотришь: один уехал, с другим ещё что-нибудь приключилось… Текучка кадров — беда не только нашего небольшого провинциального театра. Сложно сегодня удержать артиста одними только ролями.                                                                                                 

— Восхищает, что за эти годы театр в Новошахтинске воспитал зрителя, способного воспринимать такие серьёзные произведения, которые ещё и по времени очень продолжительны!

—Действительно, комедий у нас в репертуаре маловато. Раньше много комедий ставила второй режиссёр нашего театра Оксана Второва, выпускница Высшего театрального училища имени Бориса Щукина.Сейчас она тоже активно ставит классику. Но в этом сезоне приглашенный режиссёр Дмитрий Юмашев поставил переводную комедию «Моя профессия—синьор из общества» по пьесе Д. Скарначчи и Р. Тарабуззи. В июне состоится премьера спектакляпо пьесе А.Н. Островского «На всякого мудреца довольно простоты».Ставит режиссёр из Республики Калмыкии Алексей Сарангов. Сам я планирую поставить «12 стульев» Ильфа и Петрова по пьесе Николая Коляды. Так что, думаю, нам удастся несколько, условно говоря, разгрузить репертуарную афишу. Уверен, что в «12 стульях» есть предпосылки отвлечься от «Братьев Карамазовых».