«« Перейти в раздел "Пресса"

Александра Николаевича Островского в России любят. Слишком узнаваемыми остаются его герои, слишком живучими оказываются человеческие слабости, которые драматург описал полтора века назад. За свою жизнь он написал 47 пьес, а в соавторстве — 52. Перед началом спектакля в Новошахтинском драматическом театре театральный хор (Анастасия Хаустова, Александр Богдан, Александр Кононов и Екатерина Ренард) перечисляет названия произведений драматурга, словно открывая зрителям дверь в огромный мир Островского. И как кульминация этого своеобразного пролога звучит название пьесы, которую предстоит увидеть сегодня: «На всякого мудреца довольно простоты».

«На всякого мудреца довольно простоты»:
Островский в ритме современного театра

Спектакль начинается ещё до третьего звонка. В фойе тонко и протяжно звучит соловьиная трель. Случайность? Вряд ли. Романс Александра Алябьева «Соловей» на стихи Антона Дельвига, написанный в ту же эпоху, что и сама пьеса, становится музыкальным лейтмотивом постановки.

И чем дальше развивается действие, тем яснее становится, что соловей здесь — не просто музыкальная иллюстрация эпохи. Романс исполняют и отдельные персонажи, и практически вся труппа, а ближе к финалу на экране появляется слово «Соловьи». И тогда возникает ощущение, что режиссёр предлагает увидеть в героях Островского своеобразный хор. Каждый исполняет собственную партию: чиновника, либерала, благочестивой вдовы, карьериста, прорицательницы. Они говорят разными голосами, но поют об одном и том же — о тщеславии, самолюбии и стремлении занять место под солнцем.

Постановку осуществил заслуженный деятель искусств Республики Калмыкии Алексей Сарангов — режиссёр, уже знакомый новошахтинскому зрителю. Его спектакли трудно представить без движения, музыки и внутреннего ритма. Даже в спокойных сценах действие не застывает, а продолжает жить и дышать.

О чём эта знаменитая комедия?

На первый взгляд — о молодом и талантливом Егоре Дмитриче Глумове, который решил покорить общество благодаря собственному уму. Он легко распознаёт слабости окружающих и виртуозно подстраивается под каждого из них. Для одних становится почтительным учеником, для других — единомышленником, для третьих — надёжным другом. Его талант заключается в умении носить маски.

Но Островского интересует не только судьба одного карьериста. Его интересует общество, в котором такой человек оказывается востребованным. Поэтому вокруг Глумова возникает целая галерея персонажей, каждый из которых становится объектом тонкой и беспощадной сатиры.

Однако Сарангов не пытается превратить комедию в драматическую притчу. Напротив, зрительный зал смеётся практически без остановки. Смех возникает от характеров, ситуаций, столкновения амбиций и человеческих слабостей. Здесь нет тяжеловесной назидательности, зато есть лёгкость, которая всегда была сильной стороной Островского.

Машенька (Анастасия Савиных), которую зрители окрестили «грешить и каяться», вызывает улыбку своей непосредственностью и стремительностью чувств. Манефа (Оксана Второва) и её спутник-шарлатан (Эльхан Алекперов) появляются на сцене словно хорошо знакомые персонажи нашего времени. Кажется, стоит сменить костюмы — и перед нами окажутся очередные продавцы жизненного успеха, чудесных практик и гарантированного счастья.

Как и во времена Островского, зритель сначала смеётся над героями, а затем неожиданно начинает узнавать в них себя, своих знакомых, коллег, соседей, общество. Именно поэтому многие реплики, вызывающие хохот в зале, спустя мгновение заставляют задуматься.

Именно в этом и заключается парадокс спектакля Сарангова: зритель смеётся почти три часа, но покидает зал с пониманием того, насколько современными остаются человеческие слабости, описанные Островским.

Действие разворачивается в доме Егора Дмитрича Глумова (Сергей Ковалёв). Художник Юрий Сопов предлагает зрителю почти аскетичное пространство: чёрный кабинет, минимум предметов и интерактивное панно с меняющимися надписями, отражающими движение сюжета. Видеохудожник Виталий Маркин добавляет визуальные акценты, не отвлекая внимания от главного.

Минимализм оказывается точным решением. В центре внимания остаются люди. Особенно выразительно работают пустые портретные рамы, через которые персонажи буквально предъявляются зрителю. Приём кажется простым, но очень ёмким. Мы всматриваемся в героев, пытаясь понять, кто они на самом деле.

И довольно быстро становится понятно, что многие из них вовсе не остались в XIX веке. Нил Федосеич Мамаев (Алексей Кривенко / Игорь Лысенко), Крутицкий (Сергей Недилько), Иван Иванович Городулин (Артём Иванов) благополучно пережили смену эпох. Меняются костюмы, должности и вывески, но самодовольство, любовь к громким словам и убеждённость в собственной значимости удивительным образом остаются прежними.

Женские роли — одно из украшений постановки. Клеопатра Львовна Мамаева (Ирина Григоренко) появляется на сцене стремительно и уверенно. В её героине есть азарт, капризность, властность и тот самый женский яд, о котором принято говорить вполголоса.

Софья Игнатьевна Турусина (Людмила Меймухина) выглядит хранительницей старого уклада, но актриса наполняет роль живыми красками и тонким чувством юмора. Рядом с ней Машенька (Анастасия Савиных) создаёт необходимый контраст молодости, эмоциональности и непосредственности. Кажется, одним своим существованием она напоминает тётушке о том, что молодость редко бывает благоразумной, а грехи, в которых старшее поколение так охотно упрекает младшее, чаще всего уже были однажды пережиты ими самим.

Интересную работу создаёт Марина Кожушко в роли Глафиры Климовны. Таланту актрисы удаётся провести через роль весь спектр чувств, заложенных Островским, и сделать образ по-настоящему убедительным.

Удалой гусар Курчаев (Дмитрий Нестеров) приносит в спектакль энергию молодости и бесшабашности, а Голутвин (Александр Сиденко) оказывается персонажем куда более сложным, чем может показаться на первый взгляд. В нём ещё живы остатки той самой порядочности, которую принято считать основой человеческого характера, но окружающий мир давно научил его торговать убеждениями и подстраиваться под обстоятельства. Потому Голутвин вызывает невольную жалость.

Особого разговора заслуживает Сергей Ковалёв. Его Глумов не превращается ни в злодея, ни в жертву обстоятельств. Он умён, обаятелен, смешон, расчётлив и временами вызывает сочувствие. Именно эта неоднозначность делает центральный образ спектакля живым и современным.

Отдельно стоит сказать о работе хореографа театра Татьяны Климовой. Постановка буквально наполнена движением. Массовые сцены требуют от артистов серьёзной подготовки и абсолютной слаженности. При этом пластика не существует отдельно от действия, а становится его продолжением. Зрительный зал не раз отвечал аплодисментами ещё до окончания сцен.

Немаловажную роль играет работа художника по свету Бориса Михайлова. Вместе со сценографией Юрия Сопова свет помогает спектаклю легко переходить от озорной комедии к почти драматическим интонациям.

Приятным сюрпризом стало участие композитора театра «ПЭЖО» Евфросинии Скотниковой. С петербургским уличным театром новошахтинцы познакомились во время Международного театрального фестиваля «Любовь, что движет солнце и светила», тогда спектакль театра стал одним из самых ярких подарков городу. Поэтому появление её имени в афише нынешней премьеры воспринимается как продолжение уже сложившегося творческого диалога.

Финал спектакля получился масштабным и многослойным. Признаюсь, несколько раз мне казалось, что история уже подошла к завершению. Но действие вновь набирало ход и открывало очередную грань судьбы Глумова. Такая композиция требует от зрителя внимания, но позволяет увидеть последствия поступков героя во всей полноте.

И когда в финале вновь вспоминается образ соловья, становится понятно: Островский писал не о нескольких отдельных людях. Он писал об обществе, где каждый стремится исполнить свою лучшую партию перед окружающими. Только за красивыми словами и мелодичными трелями нередко скрываются самые обычные человеческие слабости.

Спектакль поставлен в рамках федерального партийного проекта «Культура малой родины». Благодаря этой программе Новошахтинский драматический театр получил постановку, которая наверняка займёт прочное место в его репертуаре.

Островский по-прежнему собирает полные залы. А в этот раз — вместе с Алексеем Саранговым.

Наталья Караваева, журналист

Городская общественно-политическая газета "Знамя шахтёра" №45

24.06.2026